Стихотворения, посвященные Женщине

Баллада о неизвестной Женщине
Дочери Лилит
Дочери Евы
Женщина, которая любит
Венецианка
Боярыня Морозова
Юность
О женщинах
Баллада о Женах

Баллада о неизвестной Женщине

От дверей крохотного дома,
Жилища трех прекрасных дев,
Повеяв лаской и истомой,
Взлетел таинственный напев.

Сложить ту песню не сумели б
Созданья бледные земли.
Подруги никогда не пели,
Молчанье берегли.

Одна румяна, ясноглаза,
Блистала золотом кудрей,
И ей прощали все проказы
За смех, звенящий как ручей.

Ее встречали в час рассветный –
Она срывала васильки,
Или неслась едва приметной
Тропою у реки.

Вторая создана для трона –
Ей шел тяжелый багрянец,
Она носила как корону
Кудрей каштановых венец.

Скрестив в задумчивости руки
Недвижна, глядя на закат,
Ее глаза и страсть и муки,
Неведомые нам хранят.

А третья появлялась в полночь,
Одетой в черный шелк до пят,
Вносила мистику и горечь,
И тяжкий лилий аромат.

Все три чертами были схожи,
Но не сходились никогда,
Их разность может уничтожить
В лицо плеснувшая вода.

Ведь сами вы разъединяли
На части женщину одну,
Когда в одной не принимали
Мечту, беспечность, глубину…

А голос плыл в безмолвье улиц
Чист и безжалостно глубок -
Вы в нем тонули и тянулись
Как моряки на маячок –

В нем оживали сновиденья,
И неизбывности накал,
Но тот, кто слышал это пенье
Певицы в нем не узнавал…

14 - 22 января 2000 года.

 

Дочери Лилит

Они молчат и смотрят строго,
Они невинности верны,
Они растят в своих чертогах
Цветы для будущей весны,

Плетут венки вчерашним сестрам,
И из искусных их перстов,
Изрезанных о месяц острый
Родится пурпурный покров.

Им не знакомо осязанье,
Лишь дней бесплотный серпантин,
И в веснах им - лишь отрицанье
Да немота ночных долин.

Но в них - неистовство созвучий,
Переплавляющих гранит,
В них зов мечтательный и жгучий,
В них глас праматери Лилит.

Февраль - 20 мая 2001 года

 

Дочери Евы

Ни расчет, ни размеренность не по нутру,
Ничего объясненного душу не тронет,
Но как кровь бередит приближенье погони,
Птичье пенье и тень под окном ввечеру.

О, как сладостен твой вызревающий плод,
Вожделенное древо, запретное древо!
Мы отпразднуем день, когда светлая дева
Твое яблоко робко ко рту поднесет.

И навалится ночь, и семьсот медных труб
Разорвут перепонки прельщенного уха,
И она не услышав уже голос духа,
Будет истину пить из трепещущих губ.

А потом будут вьюги и колокола
Возвестят нисхожденье господнего гнева,
Но исторгнет подобье себе ее чрево,
Что б свивались в языческой пляске тела.

01-19 мая 2001 года

 

Женщина, которая любит

Женщина-Ребёнок приносила лето,
И текла в ладони проходящих медом
Липовых мечтаний. Но призвали следом
Женщину-Сиделку с глазами-йодом –

Поплелась, набросив плат, побитый молью,
Кроткая, в стерильном вытертом халате
До окна, где сжалась Женщина-Лунатик,
С вывернутым веком, разъетым солью.

Сорваны тряпицы с крыльев обнаженных,
И карниз качнулся. Но перед уходом
Вспомнит позывные плоти обнаженной -
Женщину, в глазах которой непогода –

Искренней, как ливень, молнией горящей,
Собственные кости размоловшей в ступе
Что бы стол ломился… Но и та уступит
Женщине-Волчице со взглядом-чащей –

Раненной Волчице, что и из могилы
Призовет для слуха необъятным воем,
А потом смириться. И оставит силы
Женщине со взором опавшей хвои.

02 - 13 июля 2001 года

Венецианка

У ног ее дробились волны.
Она стояла на балконе.
А сладкозвучной лютни звоны
Лились дождем во тьме безмолвной.

И пробужденное забилось
В смятенье сердце молодое.
Она оперлась на перила,
Склонясь над черною водою,

И вновь и вновь она искала
Чудесной лодки очертанье,
Но плыло в темноте канала
Лишь звезд холодное мерцанье.

И песнь сорвалась в стон прощальный -
Как грозно звякнули запоры! –
Она услышала печальный
Плеск уплывающей гондолы.

7-8 января 1999 года.

 

Боярыня Морозова (Картина Серова)

Озверевшая чернь завыла.
Но, подняв словно скипетр перст
Двусложенный вокруг осенила,
С деревянным лицом Ярила
Принимая свой скорбный крест.

Столько власти в движенье было
Что умерили кони бег,
В хриплом голосе столько силы,
Только челядь, божась, отступила
На обочину в рыхлый снег.

9 января 1999 года.

 

Юность

Мы были беспечны и юны,
Нежней и пугливей стрекоз,
И прятали вещие руны
Наивно под грудами роз.

Знаменья их были правдивы,
Но мы собирали росу,
И снежным кобылам гривы
С шелками плели в косу.

Когда же вскипали зарницы,
По крышам искрил звездопад,
В наш дом приводили львицы
Своих коронованных чад.

Мы, руки воздев, заклинали
И грудью теснили метель,
И первыми в окна впускали
Простужено вешнюю трель.

В глуши затаясь, ворожили,
Пьянея от едкой смолы,
Прижавшись щекой, мы чтили
За верность земле стволы.

И вдруг, словно жрицы Весты,
Заслышав вдали петухов,
Бежали, оставив девство
На ложе из ветхих мхов.

Реальность в посмертной маске,
В заржавленном сне ключей,
А мы… Мы все верим в сказки,
Прижившись в плену ночей.

22-23 февраля 1999 года.

О женщинах

Мы расставались, робко прощаясь,
Без облегченья, смутно печалясь,
Мы уходили – вечные гости,
Только взлетали легкие кости.

На подоконник ставили свечи,
Нежные пальцы, хрупкие плечи
Ждали соцветий пышных и пестрых
В срубе дремучем, в башенке острой.

Мы припадали к тьме полусонной,
Мы раскрывались так обреченно,
Бредили жаркой шкурой медвежьей,
Прошлым столетьем, повестью прежней.

И трепетали – что-то случится -
Нам выпадали две единицы,
Шорох нежданный - тяжкие вежды
Приподнимались так безнадежно,

Долгие ночи нам доставались,
Ветры смиренно в грудь утыкались,
Лживые слезы - россыпь черемух,
Соком бескровным сбрызнутый воздух.

8 – 12 Апреля 1999 года.

 

Баллада о Женах

I. Слухи

Смех, топот, звон колоколов,
Гвалт, толкотня рядов торговых –
Все смолкло. Шевеленье ртов
Беззвучно поперхнулось словом.

По ветру разлетелась весть –
Вода отравлена в колодцах,
Чума? Холера? Мор принесть
Могли купцы и инородцы.

II. Мужчины

Правителя не слышан глас
К порядку с высоты балкона,
И там, внизу, лишь страха власть
Руководит толпой смятенной.

Там – тысячи налитых глаз,
Рты, перекошенные хором,
И площадь будто взорвалась
Внезапно вспыхнувшим раздором.

Уже взлетают кирпичи,
Огонь врывается в холупы,
В дома господ, гремят мечи,
Стенают жертвы, стынут трупы,

Осколки, дым, от мертвых тел
Течет по улицам зловонье…
Как будто над землей летел
Архангел тьмы и беззаконья…

III.Женщины

Нет, света не зажжет жена,
Когда безумствуют мужчины…
Разбудят и нальют вина
Мальцам из глиняных кувшинов.

Оденут траурный покров,
Прекрасные закроют лица,
И давний свой покину кров
В телеге с дряхлой кобылицей.

Приложат длань к глазам детей,
Укроют тряпками, соломой,
И доле верные своей
Дорогой двинут незнакомой.

Какие судьбы там их ждут?
Найдут ли отдых на кладбище,
Иль превратит их тяжкий труд
В уродов, сгорбленных и нищих?

Ни денег, скарба унести
Они не тщатся на чужбину,
Лишь инстинктивное – спасти
Свое, родное – дочерь, сына…

Окинут города остов –
Тлен, кровью спекшиеся лужи,
Во рву останки черепов…
И помянут молитвой мужей…

Пройдя стезею мудрецов,
К родным вернутся пепелищам
Чтобы оплакать мертвецов
И восстанавливать жилища.

9 декабря 1999 года.

« О Человеке и людях «  » Легенда (философская сказка) »

  © Автор: Анна Сычева Использование материалов без  разрешения автора запрещено. А брать чужое без спроса - это воровство.